• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: истины нет, все дозволено. даже стихи (список заголовков)
18:21 

Тут не помогут сетования, брюзжание и воркотня, лучше наплевать на этот сброд, подняться в свою комнату и читать Горация. (с)
Червоточина нараспашку,
ее в пору штопать иглою.
Тьма предельна, но в ней не страшно
пробираться, по-волчьи воя.
Окуная ладони в снежный
океан, затопивший небо,
я шагаю дорогой прежней,
лишь на пару смертей отъехав

от недвижимой точки старта.

@темы: истины нет, все дозволено. даже стихи

20:42 

Тут не помогут сетования, брюзжание и воркотня, лучше наплевать на этот сброд, подняться в свою комнату и читать Горация. (с)
Монстр все ближе. Вот оно. Западня.
Шею щекочет, в волосы вьет гадюк,
смотрит с моей ухмылкою на меня,
пальцы ломает... Мне и не нужно рук.
Он не желает пойманным быть на холст,
он разрезает бритвой любой портрет,
делает маски тьмы из моих волос
и в отраженье передает привет.

Монстр так близко. Белый костюм готов,
Пятнами крови запонки на руках.
Сломаны пальцы.
Вазами для цветов
служат глазницы.
Он справедлив.
Он прав.

@темы: Истины нет, все дозволено. даже стихи

19:42 

Тут не помогут сетования, брюзжание и воркотня, лучше наплевать на этот сброд, подняться в свою комнату и читать Горация. (с)
Что-то бьется, и жмет, и колет,
загнивает немытой раной,
и выходит из горла с кровью,
превращая меня в болвана,
в неприкаянного пса-ветра,
кому каждый потреплет ухо,
но пустить на порог?
Да где там -
у него же гнилое брюхо.
и глаза - воспаленный ужас...

Я живу в обветшалой будке,
серенады пою надежде,
и затушенные окурки -
черный призрак вчерашних "прежде"
служат мягкою мне периной.

@темы: Истины нет, все дозволено. даже стихи

11:19 

Тут не помогут сетования, брюзжание и воркотня, лучше наплевать на этот сброд, подняться в свою комнату и читать Горация. (с)
Память, как кожа, мертвой спадет травой,
ветер рассеет темную пыль меж нами.
Ночью я брежу, злюсь, принимаю бой...
ты не выходишь, скалишься за холстами.

Шумные ветви ранят собой стекло,
ветер мешает пепел с простывшим снегом...
Я обещал декабрю не курить. Давно.
Слишком давно, еще будучи человеком.

Смех между пальцев вдребезги, в тьму и в пыль.
Ночь соберет жатву с еще живущих...
Я тебя слышу - ты пилишь мой костыль.
Мертвые травы живы и вновь могучи.

@темы: Истины нет, все дозволено. даже стихи

20:32 

Водяной

Тут не помогут сетования, брюзжание и воркотня, лучше наплевать на этот сброд, подняться в свою комнату и читать Горация. (с)
Тиком мигрень грезится, шерстяною
кофтой - ежом жмется к груди, к дыханью.
Тянет шипы сгорбленный водяной,
легкими льнет. Пахнет водой и сталью.

Водный покров порван багровой лужей,
хлещет вода, нож хороня под грязью.
Снилось ли мне, что я кому-то нужен?
Будь мой тьмой, другом, последней страстью.

Древний старик - прадед морского змея.
Ночь тяжело рухнет со сколиоза.
Прежде чем я рухну и онемею
срежь чешую - пусть меня греет солнце.

@темы: Истины нет, все дозволено. даже стихи

19:08 

Тут не помогут сетования, брюзжание и воркотня, лучше наплевать на этот сброд, подняться в свою комнату и читать Горация. (с)
И тут к тебе со спины подбирается одиночество.
Еле заметно дышит в затылок,
нежно, чтоб не спугнуть.
Ты ощущаешь легкость и силу,
радость, свободу...
Непобедимый ты ядовит как ртуть.

Тут появляется ощущенье, что ты ошибся дном -
камни здесь тверже, воздух сильнее в легкие бьет табаком
чем бы тебе хотелось.
И уцепиться не за что - дно
слишком в тебя вгляделось...
Спи, захлебнись вином.

И между ребер, вкривь позвоночника,
тянется тишина
кротка, легка и совсем не порочна,
правда разведена
с тысячами влюбленных,
ныне почивших жертв.

@темы: Истины нет, все дозволено. даже стихи

11:10 

Тут не помогут сетования, брюзжание и воркотня, лучше наплевать на этот сброд, подняться в свою комнату и читать Горация. (с)
В голове - перестройка.
Рушатся баррикады.
Тайное вдоль канавы тащится брюхом вверх.
Я становлюсь пропойцей с благопристойным нравом
и зарываю вопли глубже в кошачий мех.

Я возвожу постройки из отпечатков мыслей -
ценятся все чужие,
гонятся прочь свои.
Каждый момент недели я могу перечислить
буквами, что бессчетно
складываются в дни.

И революционный шепот холодной ночью -
редкий период тиши,
трезвости и вины,
краской грызет запястья, дарит кредит бессрочный
на добрый эль для войска -
лишь бы не знать войны.

@темы: Истины нет, все дозволено. даже стихи

20:28 

Народная медицина

Тут не помогут сетования, брюзжание и воркотня, лучше наплевать на этот сброд, подняться в свою комнату и читать Горация. (с)
Приложи лопух - помогает от всех болезней -
лечит рак и ветрянку, высасывает весь яд.
Приложи ко мне лед, если вдруг я от жара тресну,
если будет к чему,
если вдруг меня не съедят.

Завари чай с малиной - поможет от боли в горле,
от шершавых страниц обгоревшего бытия.
Я как будто стою у горящего злобой горна
и откуда-то знаю -
он лопнет из-за меня.

Положи на глаза разъедающего лимона -
это просто совет - он что серная кислота.
Но, прошу, не оставь на ветру, на пороге дома,
не отдай меня тем беспокойным владыкам льда.

@темы: Истины нет, все дозволено. даже стихи

21:35 

Тут не помогут сетования, брюзжание и воркотня, лучше наплевать на этот сброд, подняться в свою комнату и читать Горация. (с)
Прорывается рваным всхлипом
запоздалый самоанализ -
операция на живую,
еженощное торжество.
И тора бы уже привыкнуть,
не кидаться с обрыва в крайность,
и найти по размеру сбрую -
так,чтоб было совсем смешно.

Заостренный бумагой скальпель
не сгодится уже для кожи,
он привык лишь кровотеченье
вызывать у чернильных букв.
Разлетаются нервной стайкой
сны, ершистые, словно кошки,
оставляя ночное бденье
и рассветную тряску рук.

Утопающий в душном гневе
идиот с утомленным взглядом
прячет вопли в щетину кисти,
хлещет чистый ультрамарин.
Непременно сломает шею
тот дурак, что решит встать рядом -
подскользнется на белых листьях,
там, где их пропитал кармин.

@темы: Истины нет, все дозволено. даже стихи

20:40 

Тут не помогут сетования, брюзжание и воркотня, лучше наплевать на этот сброд, подняться в свою комнату и читать Горация. (с)
Наши дробленые кости -
известь для новых дорог.
Это пространство не обойти за вечность.
Мне с театральных подмостков
машет придуманный Бог.
Я вступил в фазу, где сказки уже не лечат.

В пыль обратятся ноги.
Трещины синих вен
сетью созвездий скоро заменят небо.
Жалобный и убогий
я поднимусь с колен.
Что же, земля, ты меня не согрела?

Кожа моя слезает
язвенной чешуей
и растворяет смыслы в кленовом страхе.
Кубки переполняли
вываренной душой,
сцеженной шлюхой, певшей молитвы плахе.

Наши дробленые кости -
злоба,болезнь, металл -
знатный бетон для дармовых подмостков.
Горло покрыто скользким
слоем из лишая,
сказочной пылью, шрамами и коростой.

@темы: Истины нет, все дозволено. даже стихи

14:43 

Тут не помогут сетования, брюзжание и воркотня, лучше наплевать на этот сброд, подняться в свою комнату и читать Горация. (с)
В какой-то момент все замыкается,
словно в дурном кино.
Больше тебе не о чем говорить.
Все зеркала - лежбище пыли - ночь за твоим окном.
И только страх может нас рассмешить.

Да, я опять вызвал тебя из снов.
Я не могу - слишком глубок порез.
Я снова рву клочья моих основ
страх, хохоча, снова в меня пролез.

И этот миг хрупок, что пьяный лед,
дым сигарет плавит его пары.
В зеркале ночь - кто-то опять умрет.
Но, в этот раз,
в этот раз сдохнешь ты.

@темы: Истины нет, все дозволено. даже стихи

16:24 

Тут не помогут сетования, брюзжание и воркотня, лучше наплевать на этот сброд, подняться в свою комнату и читать Горация. (с)
11:57 

Тут не помогут сетования, брюзжание и воркотня, лучше наплевать на этот сброд, подняться в свою комнату и читать Горация. (с)
Артерии вскрыты
изрыты струнами
до пьянящих глубин.
Закрывая глаза я пропускаю сквозь пальцы минуты.
Я взвожу карабин.

Злато и серебро капает на пол с ресниц.
Я, столь устойчивый прежде, падаю ниц.

Крови процент в алкоголе слишком высок.
Кто-то, смеясь, давит из пальцев вино,
цедит березовый сок.
Кто-то сказал, что все уже решено.

Вскрытие струн может пройти успешно,
если, конечно, врач не напьется в хлам...
это давно виделось мне неизбежным.
В конце-концов, я подчиняюсь рукам.

И карабин - в их безраздельной власти.
Сдаться.
Пропасть.
Сгинуть ко всем чертям.

@темы: Истины нет, все дозволено. даже стихи

15:09 

Тут не помогут сетования, брюзжание и воркотня, лучше наплевать на этот сброд, подняться в свою комнату и читать Горация. (с)
Пальцы - заблудшие души книжных страниц и струн.
Холод в груди - дань декабрю и винам.
Племя холоднокровных ждет меня под дождем,
мертвой водой льющемся сквозь картину.

Рыбьи глаза мурены в щели пустых глазниц
статуй кладут,
у самих - человечьи.
И, плавники расправив, дети играют в птиц,
делая вид, что плавник - не увечье.

Образ морских чудовищ - вечный ночной кошмар.
Холст - мое дно, грязен и тверд от соли.
Пальцы дрожат в вечном танце чертя провал.
Лужа воды мертвой уже в коридоре.

@темы: Истины нет, все дозволено. даже стихи

21:05 

Тут не помогут сетования, брюзжание и воркотня, лучше наплевать на этот сброд, подняться в свою комнату и читать Горация. (с)
Одержимость словами - это больно,
но,знаешь,
со временем привыкаешь.
Ты словно царь, что никак не может крикнуть "Довольно!",
ибо все золото станет,
в тот же единый миг, черепками.

И ты рвешь струны, не в силах
найти аккорд. Тот единственный верный аккорд,
что остудит безумие, что растянет в улыбке рот,
что на клочья тебя порвет.


В этих легких становится тесно
от дымящихся, темных слов
и покрыта копотью ручка кресла
я испачкаю гарью всякого. Каждый вдох.

В эти ночи меня запирают стены.
Санитары дыбятся, тщат надежду,
что мой приступ не выпадет на их смену.
Я их всех искалечу, проснувшись прежним.

Одержимость - вирусная зараза,
и когда слова изгрызут мне горло
лихорадка кончится.
Пьяный голод черепками мне утолять дозволив.

@темы: Истины нет, все дозволено. даже стихи, треп старого религиозного фанатика

19:55 

Тут не помогут сетования, брюзжание и воркотня, лучше наплевать на этот сброд, подняться в свою комнату и читать Горация. (с)
Вот мы стоим на перепутье.
Оба застряли, оба в трясине по локоть.
Наши давно сгнившие путы -
мой талисман на удачу.
И не становится лучше и слаще,
сколько бы я ни лязгал зубами,
сколько ни плачь ты.

Мох на дороге северен и равномерен.
Ветер давно потерял направленье -
дует со всех сторон.
В ямах ключиц медленно ползают змеи,
полные яда и усыпленные ленью.
Ты убеждаешь себя, что все это сон.

Эта реальность слишком сюрреалистична,
злобна, абсурдна, больна,
но ей никак не пропишут лекарства,
не дадут место в палате больничной,
где бы она, тихо вздохнув, умерла.
Вдруг осознав, что надрывалась напрасно.

Мох покрывает сны и суставы,
зеркало тонет в вязкой трясине
и я уже никогда не увижу
ни твоего лица там,
ни моей образины.

@темы: Истины нет, все дозволено. даже стихи

21:16 

Тут не помогут сетования, брюзжание и воркотня, лучше наплевать на этот сброд, подняться в свою комнату и читать Горация. (с)
В белой коросте рты.
Острый наст
пишет картину ран.
Зимний последний воин клыки
скалит избитым нам.
И эта россыпь павших в бою, переломав хребты,
смертников снежных льнется к огню -
прах на алтарь весны.

Тихая поступь льдистую твердь дней превращает в воск.
Я бы взлетел. Но куда нам лететь?
Пальцы сожрал мороз.

Март заострит нам кости,
а снег
кожу сдерет с лица.
Эта зима длилась тысячу лет.

И один час - весна.

@темы: Истины нет, все дозволено. даже стихи

21:24 

Тут не помогут сетования, брюзжание и воркотня, лучше наплевать на этот сброд, подняться в свою комнату и читать Горация. (с)
Граф никогда не закроет книгу - не расположен к самоубийству,
Граф иногда лишь задержит дыханье, перечитав абзац.
Граф абсолютно спокоен, без крика, молча умеет вычеркивать лица.
Граф презирает холодное знанье, плесень, кремень и кварц.
Граф знает - слухи ему прочат сына. Граф ненавидит котов
и невмочь Графу. Не выплыть из этой трясины.
Графу ничем не помочь.

Этот огонь столь чарующе-сладок, когда уже не спастись.
С Графом случается первый припадок.
Милый отец, очнись!
Графу приносят странные вести и полевых мышей,
Граф видит сов даже в созвездьях.
Иль он не Граф уже?

Род обречен. Память кромешна.
Мальчик рожден во мгле.
Граф позабыт, сожран, отвержен.
Сыч - не отец уж мне,
Алой утопшей деве.

@темы: сычи уже слетаются к Горменгасту, Истины нет, все дозволено. даже стихи

20:32 

Тут не помогут сетования, брюзжание и воркотня, лучше наплевать на этот сброд, подняться в свою комнату и читать Горация. (с)
Шаг мой бесшумен. Я - тишина и слизь.
Я - ритуал, вышколенность, позор.
Я - красота. Я - абсолют. Смирись.
Как ни беги, я - это пыль. Я - сон.

Темный кошмар, замкнутый в вечный круг,
бледность и крик мертвого петуха.
Молния, свет, книги, стихи... Я - друг.
Я - это ты. Власть моя велика.

Страстность плюща рушит покров стены.
Весь океан будет мой в нужный час.
Схлынет вода, кровь, и беги, лети!

Я буду ждать.
Путь один - в Горменгаст.

@темы: too many owls in my eyes, Истины нет, все дозволено. даже стихи, Рукоблудие

21:16 

Тут не помогут сетования, брюзжание и воркотня, лучше наплевать на этот сброд, подняться в свою комнату и читать Горация. (с)
Чертовы лестницы рухнувшего собора
сквозь пустоту букв проливаются в вопль.
Цвет твоих глаз - льдистый, чужой, лиловый,
тянет с холста тьму, кровь и крики сов.

Каждый твой шаг рушит хребет собора
старый костяк скоро вернется в пыль.
Как я прослыл в доме своем за вора?
Я еще здесь. Слышишь? Стучит костыль.

Своды и тьма проклятого собора
и кружева вздувшихся лестниц - вен.
Я без ума. Это безумие скоро всех нас сожрет,
и танцевать вдоль стен будут одни лохмотья.

@темы: too many owls in my eyes, Истины нет, все дозволено. даже стихи

Логовище

главная